20 мая - всемирный день метрологии

Представьте себе мир, где каждый измеряет так, как ему удобнее, понятнее или веселее. Как мир до Великой Французской революции, но только если бы после неё никто не сказал: «Довольно произвола, давайте договоримся».  Вот вы просыпаетесь утром. Солнце встало не в 6:15, а «когда петух в третий раз поперхнулся». Ваш будильник — не кварцевый резонатор, а сосед сверху, который ровно в «две сигареты после кофе» начинает двигать мебель. Потому что метрология — эта незаметная царица порядка — однажды тихо исчезла, и наступила эпоха Великого Измерительного Произвола.

Центральным событием этой эпохи, конечно, стала бы история, описанная в далёком 1976 году. Речь о споре, который перевернул мир: «Сколько же попугаев в удаве?» В мире без метрологии нет правильного ответа:  - одни говорят: 38 попугаев и одно крылышко. Это базовая единица, «попугай столичный». - другие возражают: 5 мартышек. Потому что мартышка — более стабильный эталон (у неё шаг короче, зато она повторяема). - кто-то настаивает на двух слонятах, ссылаясь на то, что слонята величественны и их ровно два — как полюса у магнита, замыкающие удава в круг. Удава, кстати, такое положение вещей вполне устраивает. Он становится универсальным средством измерения. «Удав пополам» — это метр с хвостиком.

 Рецепт блинов из бабушкиной тетради выглядит так:
«Муки — две горсти. Молока — до первой складки на мизинце. Яиц — три штуки, но если яйца мелкие (как от нервной курицы), то четыре. Соли — щепоть, а сахар — «на глаз».

 Представьте, что вы садитесь в такси. Спрашиваете: «Сколько ехать?», а водитель отвечает: «Три песни «Ласкового мая» и один светофор, если горит зелёным».
Аэропорты объявляют: «Рейс до Анталии задерживается на «одну серию мелодрамы, включая рекламу». Просим пассажиров запастись терпением и орешками».

 Архитекторы делятся на школы. Школа «Ноги царя» (сторонники антропометрии) предлагает строить дома, исходя из роста местного монарха. Школа «Среднестатистический локоть» доказывает, что локоть пекаря короче локтя кузнеца. А есть ещё анархисты «Пяди с кувырком», которые вообще ничего не измеряют, а кладут кирпичи «пока не покажется красиво».
В результате самый знаменитый архитектурный ансамбль мира выглядит так: одно крыло стоит ровно, второе уходит в плавную дугу, а третье вообще непонятно как держится — его достраивали уже при следующем царе, который был заметно выше ростом.

Физики всё ещё ищут теорию всего, но их формулы выглядят так: E = mc², где c — это «скорость, с которой убегает кошка, услышавшая шум пылесоса». 

Центральной фигурой в каждом городе становится человек с табличкой: «Перевожу с попугаев на мартышек. Гарантия — полтора удава. Слонов не меняю». Это — Главный Хранитель Приблизительности.

 А вечерами люди собираются у костра и рассказывают легенду о том, как когда-то давно существовал мир, где всё было «ровно» и «точно». Где длина измерялась светом, а время — распадом атомов. И кто-то обязательно шутит:
— А сколько в том вашем метре было попугаев?
— Ни одного, — грустно отвечает рассказчик. — Только какая-то платина и иридий.
— Скучные были люди, — заключают слушатели и подкидывают в костёр ещё одно полено, размером «в две мартышкиных ладони».

И вы знаете… Возможно, они правы. На один только вечер — правы. Потому что мир без метрологии — это мир, где можно измерить удава попугаями, где рецепт блинов читается как стихотворение, а время течёт со скоростью хорошей песни.

 Но вот беда: в этом мире нельзя построить мост, который не рухнет. Нельзя отправить ракету в космос — потому что создать сложное техническое устройство без единства измерений невозможно.

 Поэтому спасибо тебе, метрология. Благодаря тебе поезда не встречаются лоб в лоб на одном мосту, а буханка хлеба весит ровно столько, сколько написано на этикетке. Благодаря тебе врач знает дозу лекарства, а лётчик — высоту. Спасибо за то, что именно ты не даёшь миру развалиться на «примерно» и «на глаз».