Сегодня, 12 июля, в день рождения французского врача Альбера Кальметта, мы хотим рассказать, почему за этой привычной отметкой скрывается не фееричный подвиг, а 13 лет упрямой лабораторной рутины и революции в коммунальной гигиене.
|
Буквы «С» и «G» в аббревиатуре БЦЖ (BCG) — это фамилии микробиолога Кальметта (Calmette) и ветеринара Жерена (Guérin). И их союз в начале XX века был чистым прагматизмом. Вместо того чтобы искать абстрактное лекарство, они подошли к туберкулезу как к приземленной бытовой проблеме. Люди массово заражались туберкулезом через обычное сырое молоко. Именно поэтому Кальметту понадобился ветеринар Герен, который отлично знал, как болезнь ведет себя у домашнего скота. Ученые решили взять за основу бычий штамм бактерии и попытаться его... «одомашнить». Чтобы сделать опасную бактерию безопасной, Кальметт и Герен начали её методично ослаблять, пересевая из пробирки в пробирку на специальную среду из картофеля и бычьей желчи. Они повторили это действие 230 раз! Представьте уровень концентрации, когда ты из года в год делаешь одно и то же движение ради призрачного шанса на успех. Их рутину едва не уничтожила Первая мировая война. Лаборатория в Лилле оказалась на оккупированной немцами территории. Ученых подозревали в шпионаже, обыскивали, не хватало картофеля для опытов, но они продолжали тайно переносить культуру бактерий в новые колбы, чтобы работа 10 лет не погибла за одну неделю. |
|
Параллельно Кальметт совершил переворот в социальной гигиене. В 1901 году в промышленном Лилле он создал первый противотуберкулезный диспансер. Это была не классическая больница со стационаром, а штаб-квартира санитарных инспекторов. Конечно, современный диспансер уже совершенно другой. Сегодня это высокотехнологичная закрытая клиника, где во главе угла стоят мощные антибиотики (тяжелая химиотерапия) и строжайшая инфекционная безопасность — пациентов с открытой и закрытой формами разделяют по изолированным зонам, чтобы они не заражали друг друга. |
|
Современная медицина бьет точно по бактерии изнутри. А диспансер Кальметта антибиотиков еще не имел и не мог уничтожить палочку Коха в организме таблетками. Он работал как бесплатный центр социальной гигиены и социальной помощи для бедных рабочих семей: |
Но почему сегодня многие страны отказываются от БЦЖ? И где её больше не делают? Если вы пообщаетесь со сверстниками из Западной Европы или США, то с удивлением обнаружите: у них нет шрама на плече, а о вакцине БЦЖ они часто даже не слышали. Полностью отказались от массовой (поголовной) вакцинации новорожденных десятки развитых государств:
- США и Нидерланды — массовую вакцинацию БЦЖ здесь не вводили вообще никогда за всю историю.
- Великобритания, Франция, Германия, Италия, Испания, Австрия, Финляндия, Швеция, Австралия и Новая Зеландия — отменили обязательные прививки в роддомах в разные годы (с 1970-х по 2000-е).
Почему они это сделали? На то есть три медицинские причины.
Туберкулез там практически побежден. В этих странах уровень заболеваемости упал ниже критической отметки (менее 10 случаев на 100 000 населения). Колоть живую (хоть и ослабленную) вакцину всем младенцам подряд в условиях, когда встретить палочку Коха на улице почти нереально, экономически и эпидемиологически нецелесообразно. Вакцина не защищает взрослых от заражения. Главный секрет БЦЖ в том, что она не предотвращает инфицирование туберкулезом легких у взрослых. Ее ключевая задача — защитить младенцев и маленьких детей от летальных, генерализованных форм (например, туберкулезного менингита). В странах, где риски для детей минимальны, массовая вакцинация теряет смысл. Сохранение точности диагностики. В США и ряде стран Европы туберкулез отслеживают по кожным тестам (типа пробы Манту или Диаскинтеста). Но у человека, привитого БЦЖ, этот тест часто дает ложноположительный результат (организм реагирует на след вакцины). Отказавшись от БЦЖ, западные врачи получили возможность максимально точно выявлять реальных зараженных на самых ранних стадиях.
Какая стратегия там сейчас? Вместо тотальной вакцинации эти страны перешли на селективный (избирательный) подход. БЦЖ там делают, но строго по показаниям, например, детям из семей мигрантов, приехавших из неблагополучных по туберкулезу регионов, или медикам, работающим в группах риска. В это же время в странах Восточной Европы, СНГ, Азии, Африки и Южной Америки, где обстановка с туберкулезом остается напряженной, всеобщая вакцинация БЦЖ в первые дни жизни ребенка по-прежнему обязательна и спасает тысячи детских жизней каждый год.
История вакцины БЦЖ наглядно показывает, что эпидемиология и гигиена — это не застывшие догмы, а живой, постоянно меняющийся процесс. Там, где условия жизни, качество жилья и уровень медицины позволили взять болезнь под жесткий контроль, человечество может позволить себе отказаться от массовой вакцинации. Там же, где риски все еще высоки, наследие французских ученых продолжает держать оборону на переднем крае.
Но где бы вы ни жили — в стране с обязательной вакцинацией БЦЖ или без нее — сам факт того, что «белая чума» больше не выкашивает целые города, стал возможен благодаря двум вещам- фантастическому терпению двоих людей в лаборатории и строгой, системной коммунальной гигиене, основы которой Альбер Кальметт заложил больше века назад.
